Arcanum: Of Steamworks and Magick Obscura

Трудно быть орком

Arcanum: Of Steamworks and Magick Obscura

Небольшая жанровая повесть-фанфик, фантазия на тему: Arcanum: Of Steamworks and Magick Obscura

Глава 1

На Равнины Морбихана опустилась ночь. Здесь всегда быстро темнело, как будто кто-то неведомый между землёй и небом резко задёргивал тяжёлую угольно — чёрную штору. Хотя, штора, видать, была порядочно попорчена молью, потому что на небе было полно звёзд, дающих слабенькое освещение разбойникам всех мастей, которыми Равнины наполнены до отказа.

Да, темна и тиха ночь в благословенном краю, что простирается к востоку от Таранта… Но кошелёк всё-же имеет смысл перепрятать.

Орки

Бальдур МакКэй, он же Хромой Бальдур, гроза всех Равнин, был доволен, как стадо нетрезвых кайтов. Он всегда радовался приближению доброй драки. Однако, сейчас эти эмоции лучше подержать в себе. Приберечь. Тем более, что дело идёт на таком уровне, даже городские, из банды Муга, присоединились. Точнее, не присоединились, это, собственно, их идея и была. Однако, для исполнения этого плана нужен был Хромой Бальдур, как самый матёрый и опытный из всех разбойников Равнин. Очень нравилось Бальдуру именно так об этом думать.

Издалека донёсся гудок локомотива. Скоро начнётся. Бальдур оглянулся назад и гаркнул в темноту в сторону небольшой рощицы, имевшей место быть у самого железнодорожного вала:

— Эй, ты! Как тебя там… Фонарь!

Из рощицы донеслось обиженное:

— Я не Фонарь, я Запал!

— Да какой ты Запал, Фонарь и есть, вон, башка как плафон лысая! Только я вот что хочу спросить — рванёт скоро?

— Минуты три ещё.

— А сильно рванёт? — не унимался Бальдур.

— Сильно. Рельсы порвёт и узлом завяжет. Поезд, естественно, дальше идти не сможет.

— Вот тут-то мы его! — с торжеством в голосе заявил Бальдур.

Поезд приближался. Вечером он отправился со станции Вермиллион, чтобы к полудню прибыть в Эшбери, главный город всего восточного побережья Равнин. Увы, это ему было не суждено.

— Двадцать. Девятнадцать. Восемнадцать. — Запал начал обратный отсчёт.

Бальдур рявкнул на подчинённых:

— Оружие готовь!

— Пятнадцать. Четырнадцать.

Лязгнуло чье-то снаряжение. Послышался звук передёргиваемого затвора.

— Двенадцать. Одинадцать. Десять. Девять. Восемь.

И вдруг…

— А, *** *** *** ****** *** **** *** *** мать!!!!

Заковыристый вопль, в котором была использована вся краса и гордость срамного лексикона орков, сопровождался тем звуком, который обычно издаёт весьма увесистый предмет, с богатырского замаха влетающий в придорожный кустарник.

Взрыв!

Увы, по ту сторону вала. Перепуганный машинист дал длинный гудок и прибавил скорость. Хромой Бальдур поднялся из засады, огорчённо махнул рукой и пошёл вглубь рощицы, изо всех сил пиная каждое деревце, имевшее несчастье расти там, где он собирался пройти.

А над равниной ещё долго раздавалась выразительная орочья ругань:

— Идиот ! Дебил ! Кретин ! Часы, ***! Какой-то пижон, ****, из городских, **** **, посеял! Вон, ****, какие большие, *** *, часы! Дубина, ** *** мать, это бомба! Б-О-М-Б-А!!!! Пять секунд,***, и всё, соскребали бы нас вон с тех осинок! Дебил, ** ****** мать!

Кто-то из муговских, Клеменс, кажется, окликнул Бальдура:

— Эй, хромой! Возвращайся!

— Ну, чего тебе?

— Пусть поезд мы не взяли, но пошли хоть с той сволочью крикливой поквитаемся. — Клеменс кивнул в сторону вала.

— Да я его голыми руками на части разорву! — глухо прорычал Хромой.

Бандиты быстро перебирались через вал. Городские шли цепью. Оно и естественно, у всех пистолеты, пусть даже старьё, но не у каждого есть и такое. У одного даже повторяющая винтовка. Чуть позади, чтобы не попасть под шальную пулю, шли люди Хромого. Судя по выразительности речи, их противник был самым что ни на есть орком. Точнее, орков было как минимум двое.

Орки

— Полно кольцо. — поправил Клеменс, в жилах которого текла пара капель крови эльфов, поэтому в темноте он видел немногим хуже кошки.

Значит, десяток. Что же, немного больше возиться. Разбойников всяко побольше будет, да и вооружены они лучше.

Неожиданно со стороны орков донеслось:

— Разбежались, быстро!

Люди Муга начали стрелять. Короткая очередь… И в ответ им полетели пули! Вот уж чего меньше всего ожидали романтики с большой дороги! Гулко бабахнула граната — и Хромой кубарем покатился с вала. Разбойники один за другим падали на землю.

— Вперёд!

Орки поднялись из укрытия и пошли в атаку…

Вам когда-то случалось видеть атакующего орка? Жуткое зрелище. А если орков с десяток, то это будет последним, что вы увидите в жизни. Если вы, конечно, не принадлежите к славному племени легендарных героев.

Разбойники не принадлежали. С крайним изумлением они обнаружили, что вооружены зеленоватые мерзавцы не хуже их самих, а в чём-то и лучше.

«Орки с ружьями! Дожил!» — подумал Клеменс, — «Откуда они взялись, Муриндаль меня задери?!»

Однако, рассуждать на эту тему было уже поздно. Бой был безнадёжно проигран.

На Клеменса кинулся здоровяк-орк в проклёпанной железом кожаной броне с огромным фламбергом в лапах. Полуэльф вскинул револьвер и, почти не глядя, выстрелил. Орк рухнул на землю и с дикой руганью покатился вниз с вала.

— Уходим! Муриндаль вас загрызи, уходим!

«Проклятье, что же мистер Муг скажет?»

Клеменс и ещё двое разбойников со всех ног неслись к Таранту. Проклятый вал остался далеко позади. Больше никто не уцелел.

Глава 2

Обычно орочье селение представляется тем, кто там ни разу не бывал, жутким вертепом, где среди грязи и разнообразного мусора сидят по облезлым хижинам немытые орки. Особо впечатлительные, вроде салонных дамочек высшего тарантского общества, обычно представляют ещё и костёр, над которым на вертеле висит бедный и несчастный хоббитёнок.

Орки

На самом деле, селение как селение. Естественно, некоторый орочий колорит всё же присутствует, но выражается он исключительно в покосившихся домиках, строившихся, видимо, с очень большого перепоя, и в способе жителей словесно доносить свои мысли до друг друга и до редких гостей деревни. В общем, как говаривал старый вождь, мир его праху, «В рассказах про орков очень много лжи и клеветы. Вот, например, говорят, что, ворвавшись в людское селение, орки зверски насилуют и пожирают всех женщин, коров, коз и кур. Какая наглая, беспринципная ложь! Кур мы просто пожираем!» При этих словах вся деревня заходилась в безудержном хохоте. Особенно, если фраза эта была обращена к человеку, который моментально покрывался холодным потом.

Маухур улыбнулся. Вот он наконец-то и дома.

Навстречу вышел вождь.

— Ну, как сходили?

Маухур оглядел себя и своих ребят. На каждом — хорошая кожаная броня, у четверых на поясе новенькие револьверы. У остальных — отличные мечи, секиры и ножи. Полуогр Химо отхватил себе аж два неплохих боевых молота. Неужели не видно, что хорошо сходили?

— Да, нормально всё. Всё, как Трогг и обещал. Доставили продукты, заводские по чуть-чуть скинулись — вполне приличная сумма набежала. Правда, кузнец сначала заартачился, но как деньги увидел — утих.

— Ну, и как думаешь, хватит, чтобы от этих уродов из Кри отбиться, если снова придут?

— Должно хватить.

— Ну, и отлично.

— Кстати, — поинтересовался Маухур, — ничего интересного, пока нас не было, не происходило?

В следующее мгновение по изменившейся физиономии вождя он понял, что сказал это совершенно напрасно. Но было уже поздно…

— О! Спасибо, что напомнил! Тут такое дело. В наших родных Равнинах последнее время часто замечают эльфов. Причём эльфов весьма злобных.

— А они что, бывают другие? — хохотнул Шалгарн.

— Эти особо злобные. А вообще, обнахалился ты, дружище, вождя уже перебиваешь! Так вот, эти злобные эльфы захватывают по кусочку земли и убивают на них орков.

— Ну, тогда дело за малым, — унять Шалгарна было невозможно, — собрать воинов со всех племён и пойти рушить эту… как её там…. Мервин, ты же у нас умный, подскажи, что-ли…

Кинтарру, — отреагировал полуорк.

На лице вождя застыла гримаса брезгливого удивления:

— Ты это… Не выражайся тут! Особенно на эльфийском…

— А я и не выражался. Это так столица эльфийская называется.

— Ах вот ты о чём! Ну, эльфы, назовут же, однако… А насчёт пойти и порушить — это и сделаем. Только надо их найти для начала. Вот этим вы и займётесь.

Глава 3

Тем временем в Таранте.

Последние двадцать четыре часа Дамиан Муг жил предвкушением. Скоро, очень скоро к нему должен придти Клеменс и доложить о выполнении одного из самых грандиозных налётов в истории Арканум — об ограблении локомотива. Никто и никогда ещё не додумывался до этого. Именно поэтому локомотив почти не охраняется, хотя на нём иногда перевозят свои финансы весьма состоятельные граждане Королевства…

В комнату вошёл Святоша.

— Кхм… Мистер Муг!

Муг медленно, с достоинством, повернул голову в сторону говорящего:

— Да-а?…

— Клеменс вернулся.

Глаза господина всей северной части Бойла загорелись, пальцы впились в подлокотники любимого кресла.

— Зови!

Вид Клеменса был просто ужасен. Как говорят в народе, «краше в гроб кладут». Нет, он не был ранен, он вообще был целёхонек, просто ужасно бледен и абсолютно подавлен.

— Что случилось?!

Клеменс поднял глаза и вяло отозвался:

Орки.

— К-какие орки?! — от волнения Дамиан начал даже заикаться,

— Что с поездом?

Клеменс пояснил — тем же безразличным тоном отчаявшегося человека:

— Орки наткнулись на бомбу. Подержали в руках. Выбросили в придорожный кустарник.

— А вы что?! — Муг перешёл на крик.

— Пошли бить орков. Все наши — мертвы, МакКэй — мёртв, Запал — мёртв. Только двое из маккэевских, да я — вот и все, кто остался.

Вид у Клеменса был абсолютно отсутствующий. Говорить сейчас с ним, орать сейчас на него — бесполезно. Но вот ведь новость, Клеменс со своими людьми ввязался в бой с дикими орками — и был побеждён! Мало того, что он ухитрился упустить поезд, так он ещё и потерял всех лучших бойцов банды!

— Иди, — после некоторых раздумий произнёс Муг, — Тебе надо отдохнуть.

А когда Клеменс вышел, он тихо добавил:

— В могиле.

И заорал:

— Эй! Глогера ко мне! Немедленно!

Орки

Вильгельм Глогер был его лучшим убийцей.

Весь район стоял на ушах. Причём, КАКОЙ район! Добро бы это ещё был Складской или Вермиллионский, их обитатели к орочьей гульбе непривычные. Но эта четвёрка ухитрилась удивить привычный ко всему на свете Бойл!

Пару раз ребята Полока пытались приструнить зарвавшихся степняков, но кончалось это исключительно непродолжительным полётом восвояси за двери кабака. И это могучих полуогров, кошмар всего района! Однако, куда было местным хальфам, выросшим в городской пыли, до степного богатыря Химо… Да, городские повыше будут, но Химо как-то коренастее и массивнее. Да и опыт. Как ни крути, Химо — воин, а противостояли ему простые уличные костоломы.

Шалгарн и Маухур с удовольствием насыщались местным пивком. Довольно паршивым, на взгляд Мервина, которого, в отличии от товарищей, пускали и в более приличные заведения. Правда, пускали не больше одного раза… Химо нормально выпить никак не удавалось, всё время вязались местные. В конце концов, при виде очередной партии потенциальных жертв, он схватил один из своих молотов и зловеще им потряс. Уже отведавшие его кулаков супостаты получать по голове такой увесистой колотушкой не захотели и удалились.

— Ладно, други. — Маухур резко опустил кружку на столешницу, — Прервитесь-ка на время, дело есть.

— Слушай, а может утром, а? — проныл Мервин, — Если так дальше пойдёт, забудем ведь всё к Шакаровой бабушке.

— Ты, может, и забудешь, — хмыкнул Шалгарн, — а мы — чистокровные степняки, что нам какое-то пиво! Вот то ли дело гхажшуровка…

Мервин нервно сглотнул. Когда он впервые попробовал это невообразимое пойло, он как заново родился. В смысле, утратил способность членораздельно говорить и нормально ходить. Только ползал на карачках и орал что-то нечленораздельное. Шалгарн и Маухур глушили степную самогонку как воду, и у них ещё оставались силы переломать всё, до чего дотягивались их руки.

— Так вот, дело в чём. Как эльфов искать будем? Предлагаю поймать одного из них и допросить покрепче. Всё и расскажет.

— Да ну? — с издёвкой произнёс Мервин, — А если он и сам не знает?

— Ну-у-у… Битая эльфийская рожа — это всегда хорошо, даже если результата и не добьёмся.

Мервин треснул кулаком по столу:

— Маухур, твою налево через забор, да в колючки! Знаешь где у меня уже твои шуточки сидят?! Давай, выкладывай нормальный план!

— План? У меня нет, я же не курю. Поспрашивай у местных, может у кого и найдётся.

— МАУХУР!!! — Мервин кипел, как чайник, забытый на огне нерасторопной хозяйкой.

— Хорошо-хорошо, говорю, как есть, а то ещё лопнешь и новую кожанку мне забрызгаешь. Ну, во-первых, любому идиоту ясно что эльфы селятся в лесу, что за горами. Возможно, имеет смысл прошерстить предгорья? Где-то там наверняка должен быть проход, не по воздуху же они прилетают. Вот его и надо найти. И проследить, куда пойдут эльфы, ежели они там окажутся. Это, конечно, долго, но, на мой взгляд, гораздо лучше, чем просто сунуться в этот лес.

— Хм-м… — полуорк уже успокоился, — Не лишено смысла. Хотя, могу поспорить на зуб Химо, что потом план поменяется раз двадцать. Впрочем, нам ли привыкать, а начинать с чего-то надо. В конце концов, не у эльфов же спрашивать.

В этот момент хлопнул выстрел и кружка на столе перед Мервином разлетелась на кусочки.

— ……! — высказался полуорк и резко повернулся в направлении стрелка. Им оказался относительно молодой ещё парень, человек, с защитными очками, поднятыми на лоб, и винтовкой Кларингтона в руках. Винтовку он тут же эффектно перезарядил — не передёрнув скобу, как это обычно делалось, а просто резко махнув винтовкой вперёд. Рука удерживала скобу в неподвижном состоянии, а винтовка своим собственным весом заставляла сработать механизм перезарядки. (примечание автора: не знаю, насколько этот способ имеет право на жизнь, я видел его в каком-то вестерне, название не помню. выглядит действительно эффектно.)

— И совершенно незачем выражаться такими словами, — как бы между прочим заявил стрелок, — здесь присутствует дама.

Дама действительно маячила в дверном проёме. Возможно, когда-то она была вполне симпатичной, но теперь её уродовали шрамы от уголков зелёных кошачьих глаз до скул. В руках дамы была пара небольших клинков. Из-за двери высовывались любопытные полуогровские физиономии, на которых виднелась печать знакомства с кулаками Химо.

Показав своей гвардии под столом кулак — сидите смирно, мол — Маухур резко опрокинул содержимое своей кружки себе в глотку, после чего поинтересовался:

— А что тебе, человече, от нас надо? Или мы тебя трогали?

— Вы трогали ребят Полока, на которого мы с Морганой — он кивнул на спутницу, — и работаем.

— Если ты про эти рожи, которые сейчас пялятся во все окна и дверь на то, как мы беседуем, то они сами полезли. И за то, что они нам наговорили, в степи голову рубят, так что они ещё легко отделались.

— Рубанул бы с радостью, да только сидя фламберг доставать неудобно. — прибавил Шалгарн, — А только встанешь — сразу кто-нибудь пиво свистнет. Оно мне надо?

— Ага! — подвякнул кто-то из местных завсегдатаев, — Полок со всеми подручными и одной кружки пива не стоит!

Моргана глянула на этого весельчака и обворожительно улыбнулась. Местный сразу побледнел. Видать, знал цену такой улыбки. Вот Мервин — тот не знал, поэтому ляпнул:

— Леди, улыбайтесь чаще, это Вам так идёт! Эй, ты чего?!!!!

В спинке грубо сколоченного стула, на котором сидел полуорк, торчал один из ножей Морганы. Почти касаясь шеи Мервина. На Моргану оглянулся Химо — и здоровенный молот сокрушил дверной косяк, к которому та прислонялась меньше минуты назад. Парень-стрелок вскинул ружьё, навёл его на огра и приготовился выстрелить, но вовремя остановился, почувствовав, что ему в висок упирается ствол револьвера.

— Вот только попробуй — прошипел Мервин, — живо мозги вышибу!

— Химо, ты дурак? — поинтересовался Шалгарн.

— А что она тут ножиками швыряется? Нормально ведь разговаривали, Мервин ей даже комплимент сделал. Да и не в неё же швырял. Я ж так… просто чтобы на будущее знала.

— Убью придурка, — сквозь зубы пробормотала девушка. Её заметно трясло. Оно и понятно — не каждый день над плечом проносится тяжеленный молот, летящий с неслабой скоростью. — Педагог выискался!

Снаружи раздались выстрелы. Секундой позже в дверном проёме показался не то человек, не то полуэльф. Моргану он просто втолкнул внутрь, после чего швырнул в дверной проём гранату и скрылся.

Удивительно, как много может произойти иногда за один миг. Орки не сговариваясь опрокинули стол и скрылись за ним. Парень-стрелок и Мервин рванулись друг от друга, а заодно и от гранаты. Полуорк в кого-то врезался, сбил с ног, но упал и сам, успел врезать по ближайшей лавке, чтобы она опрокинулась между ним и гранатой… Взрыв! Лавка поднялась в воздух и полетела в направлении Мервина. Однако, лавкой по хребтине — это больно! Застучали по дереву осколки гранаты, кто-то вскрикнул.

Мервин вскочил на ноги, огляделся…

— А-а-а, Шакар вас всех задери!

Некто неизвестный, которого он сбил с ног, на проверку оказался Морганой. От удара её швырнуло в сторону, подальше от гранаты. Какая жалость… Несколько радовало то, что и орки, и Химо также уцелели. Посекло кого-то из посетителей, осколком уложило бармена.

— А теперь, господа степняки, — сказал стрелок, поднимаясь с пола, — давайте попробуем угадать, по чью это душу.

— По нашу — буркнул Шалгарн, — я этого урода помню, он мне ногу прострелил. Если бы не наш шаман — таскался бы я сейчас на костылях.

Стрелок выглядел несколько удивлённым:

— Вы что, успели насолить Клеменсу? Причём так, чтобы он сдурел, а иначе его действия я расценить не могу. Что-же, враг моего врага — мой друг, — он протянул руку Маухуру и представился, — Себастьян.

— Маухур, — ответил орк, пожимая протянутую руку.

Глава 4

Родерик отыскался в портовом районе. Он сидел на пирсе и время от времени прикладывался к бутылке с абсентом, опустошенной уже на четверть.

«Вот ведь зараза эльфийская, — подумал Глогер, — я бы уже на мостовой валялся, а он даже не шатается. Да и взгляд осмысленный.»

Но вслух он произнёс другое:

— Здравствуй, Род.

Клеменс обернулся.

— А, это ты, Вилли…

— Да. Дамиан тебя заказал.

Полуэльф криво усмехнулся:

— Уже боюсь.

Вот уж действительно, кого ему можно было не опасаться, так это Глогера. Вильгельм сделает это только тогда, когда прикажет некто повыше Муга. И повыше Руки Молоха, агентом которой он является.

Глогер присел рядом.

— Ничего смешного, Род. Хорошо, что он обратился ко мне, а не к кому-нибудь другому.

— Вилли, а к кому? Там же сплошь сосунки, — Клеменс сделал глоток, — у Меллоя кружки бить — это они могут, а в остальном…

— Однако, из-за угла и дурак пальнуть может. И то, что его в ту же секунду повяжут, не будет иметь для тебя совершенно никакого значения. А вообще, давай-ка пройдёмся, здесь много лишних ушей.

Клеменс молча поднялся на ноги и… неожиданно швырнул недопитую бутыль в первую попавшуюся стену.

— Ещё мне спиться не хватало… Ладно, Вилли, пошли. Будем думать, что с этим всем делать.

Глогер поднялся вслед за ним.

— Кстати, Род, а что это ты устроил у Меллоя, вечная ему память?

— Ничего особенного. Свёл кое-какие счёты.

— А-а, так дело в тех самых четырёх приезжих? Это они насолили тебе с поездом? — Клеменс сразу вспыхнул. Тем временем, Глогер продолжал. — Так все четверо живы и здоровы. Чего не скажешь о тех полуограх, которых ты положил у порога. Полок рвёт и мечет.

— Так пусть пойдёт и открутит голову Дариану.

— Да нет, уж скорее они заключат перемирие и побегут ловить тебя. А мир между бандами не устроит ни Руку, ни Т?сен Анг.

Клеменс резко остановился.

— Мы не им служим.

— Ты прав. — спокойно ответил Глогер, — Но у нас с ними общий хозяин, а значит — общие интересы.

— Скажешь тоже. Эльфы ничего толком не знают, да при этом ещё ухитряются врать Руке. Однако, пока что они приносят хозяину пользу… А может мне сменить Муга? — без перехода заявил Клеменс.

— Не знаю, — покачал головой Глогер, — Многие в банде преданы Дариану лично. Да и если убить его, то Полок сразу нападёт, решив, что мы ослабленны.

— Желающих убить Дариана хватает и без меня. Пусть это сделает кто-то из них.

Глогер щёлкнул пальцами. Он всё понял.

— Например, Полок! Слушай, а это вариант. Я даже займусь этим. Что делать тебе, я надеюсь, ты понимаешь.

Клеменс улыбнулся. И эта улыбка не сулила Дариану Мугу ничего хорошего.

Глава 5

— А может (ИК!) подождать, пока дружог вернётся, в кабачке тут неподалёку?

Орки

Мощный, грудной бас принадлежал здоровенному полуогру с подозрительно красным носом.

— Согги, родимый, — проникновенно заговорил один из его товарищей, мужчина среднего возраста в священнической мантии, — Представь себе физиономию старины Д'рена, когда он выйдет наружу и не обнаружит нас на месте!

Согг задумался, оперевшись на тяжёлую двуручную секиру. Его оппонент тем временем без устали полировал полуторник. Смотрелся он с ним настоящим защитником веры, легендарным святым воителем.

— А может, его Верджи здесь подождёт? А мы (ИК!) — в кабачог! - полуогр прямо лучился удовольствием от того, что он додумался до такого решения несомненно сложной дилемы.

Упомянутый Верджи обернулся к умнику, чтобы сказать ему всё, что он об этом думает, но тут двери особняка Бейтса открылись и наружу вышел высокий темноволосый эльф.

— Ну, что? — поинтересовался Магнусс чисто дварфийской нетерпеливостью.

— Ничего, — ответил Д'рен, — Людей Бейтса в Мерцающем Лесу нет. Можно отыскать эльфов поближе к перевалу Хардина, эти должны знать. Только я плохо представляю себе, что они подумают, если я спрошу их о Кинтарре.

— Постой, — лицо священника отражало крайнюю степень непонимания, — Как получилось, что ты, эльф, не знаешь, где Кинтарра?

— Знать-то знаю, у отца библиотека богатая, там много про неё написано. Только это же эльфийское поселение, пройдёшь мимо — и не заметишь, если секрета не знать.

— Что же ваши хвалёные эльфийские летописцы об этом не написали? — Магнус был жутко доволен, что уел эльфа.

— Потому и не написали, что эльфийские и хвалёные. Книжку-то любой прочитать может, не только эльф. И секрет узнать.

Глава 6

Муг сидел в своей спальне, судорожно сжимая в руках рифлёную рукоять револьвера. Впервые за много лет его особняк был атакован. Проклятые полуогры уже заняли первый этаж и теперь дрались с его охраной на лестнице. Полок как с цепи сорвался. Он шёл впереди всех своих, прокладывая себе путь чудовищных размеров булавой, похожий в этот момент на своего нечестивого божка — Торга. Вокруг него один за другим падали его огры, но ему было всё равно. Однако, в обычное время Полок мог служить примером осторожности. Что же с ним случилось?

Неделя явно не задалась. Сначала — глупейший провал Клеменса. Теперь — этот идиотский штурм. Как будто кто-то намерено подстраивал всё это. Но кто? Кому он успел перебежать дорогу? В случайности Муг не верил с того самого момента, как встал во главе банды. Наверняка, сейчас кому-то не понравились его недавние планы относительно локомотива. Клеменс говорил — орки? Вряд-ли сами степняки взялись за Муга, скорее всего — наёмники. А теперь кто-то спровоцировал Полока. Но кто, Шакар задери?!

Сорвавшись с петель, дверь рухнула на пол. На пороге стоял Полок собственной персоной. Булава и руки по локоть — в крови, кольчуга на груди рассечена, наручи изломаны до непотребного состояния, металлические чешуйки, некогда их составлявшие, впиваются в кожу. Огр рванулся вперёд. Муг вскинул револьвер, но Полок ударил его булавой по запястью. Руку пронзила острая боль. Явный перелом. Муг закричал. Огр ударил ещё раз, на этот раз круша рёбра противника. От удара Муга отбросило к стене.

— Прощай, лживая сволочь! — голос Полока был под стать его соcтоянию — свирепый, переходящий в рычание.

Выстрел!

Огра качнуло в сторону и он резко обернулся.

Ещё выстрел! Ещё! Ещё!

Полок двигался к противнику, получая пулю за пулей, но всё же шёл, упорно шёл вперёд, как могут только огры, шёл навстречу своей смерти. Потом упал, пополз дальше, и остановился только после ещё двух выстрелов в упор. Остановился навсегда.

В дверях стоял Клеменс с парой револьверов в руках.

«Верный пёс!» — подумал Муг. Он отлично понимал, что это совсем не так, что скорее всего это сам Клеменс всё и подстроил, но умирать с такими мыслями ему не хотелось. И он прогнал их прочь. В конце концов, какая ему теперь разница?

Клеменс закрыл мертвецу глаза.

— Что теперь, Род? — поинтересовался Глогер.

— Часть огров ещё дерётся и мне это что-то не нравится.

Глогер извлёк саблю из ножен и направился туда, откуда ещё доносились звуки боя.

Когда орки вошли в Бойл, они поначалу не узнали его. Нельзя, конечно, сказать, что раньше он представлял собой нечто цветущее, но сейчас его вид был просто ужасен. Повсюду кровь, лежат неубранные трупы, из узеньких переулков раздаются выстрелы и крики раненых, где-то звенят мечи.

— Мервин!

Обернулись все четверо. Эта была та самая девушка, с которой они столкнулись в местном питейном заведении. Моргана.

— Пошли за мной. Здесь небезопасно.

Она повела их обходными путями в сторону Южного Бойла, вотчины Полока. Там ситуация была не лучше, однако живые встречались намного чаще. В основном, полуогры. На орков они смотрели неприязненно, но присутствие Морганы их успокаивало.

— Пришли.

Моргана толкнула дверь. За ней обнаружился их второй знакомец, Себастьян. Он стоял на одном колене возле окна, держа ружьё на изготовку.

— О, кто пришёл! И как вы находите новый облик Бойла?

— Что произошло? — на самом деле Маухур спросил иначе, но такие фразы надо высекать в камне, ибо бумага их не стерпит.

— Фу, и при даме, — поморщился Себастьян, но под пристальным взглядом всей четвёрки всё же перешёл к делу, — Это провокация. Муг специально позлил Полока, чтобы тот потерял голову и бросился в атаку. Однако, он немного просчитался. Полок прорвался в особняк. Более того, он лично прикончил Муга.

— Чем же его так разозлили?

— Этого он никому не сказал, просто поднял всех посреди ночи и повёл на приступ. Когда я попытался спросить, он посоветовал мне заткнуться. Наверное, можно было бы узнать всё позже, но его убили. Кстати, убил ваш товарищ, Клеменс. Он теперь вместо Муга.

— Можно вопрос? — поинтересовался Мервин, — Меня что-то смущает, как спокойно ты это рассказываешь.

Себастьян вздохнул:

— А что, я должен биться головой об стену от горя? Мне искренне жаль Полока, меня совершенно не радует то, что сейчас творится вокруг нас, однако, если я расслаблюсь, ко мне может подобраться какая-нибудь зараза и всадить нож под ребро. Исчерпывающе?

— Вполне. И что вы планируете делать, если не секрет?

Ответила Моргана:

— Мы планируем убраться подальше из Таранта. Сейчас Клеменс сильнее и если мы останемся, на нас начнётся охота.

Маухур задумчиво почесал голову.

— Вообще-то нам здесь тоже делать нечего. Разве что один умник — тут он пихнул локтем Мервина, — грозился угостить нас пивком из самого приличного местного заведения…

Себастян скептически хмыкнул:

— Самого приличного? А вас туда пустят?

— Я же не говорил, что я их потащу в это заведение. — с достоинством ответил полуорк, — Так-то конечно не пустят. А вот попросить бармена завернуть пару бочонков с собой — это легко. Хотя, в следующий раз. Уходить надо.

— Прав юноша, — заметил Шалгарн, — Та зараза уже пыталась отправить нас на свидание с Шакаром, наверняка попробует ещё раз. Так что, придётся обойтись без пива. Одной гхашжуровкой.

Глаза Мервина выпрыгнули на лоб:

— Ты что, взял?!…

— Обижаешь! — лицо орка расплылось в довольной ухмылке, — Фляга в кармане, ещё семь — в сумке.

— А что это такое? — поинтересовался Себастьян.

Мервин и Шалгарн ответили одновременно, перебивая друг друга:

— Жидкость для разжигания костров.

— Божественный напиток, достойный оркского воина!

— Ладно, сам разберусь при случае. Только не сейчас, окосею ещё, а потом стрелять придётся. Ну, что, пошли вместе. — подвёл итог Себастьян.

Вопреки всем ожиданиям, из города они выбрались спокойно. Правда, проблемы пришли оттуда, откуда их никто не ждал. Химо наотрез отказался оставлять соплеменников в столь щекотливой ситуации. Впрочем, через некоторое время он решил, что полуогров так просто не перебьёшь, сопротивляться будут, на чём и успокоился.

За городом Себастьяна и Моргану ждал неприятный сюрприз. Орки сразу перешли на свой национальный походный шаг. Согнувшись почти до самой земли, они шли с такой скоростью, что несчастным городским жителям приходилось бежать. Моргана привыкла к этому быстрее, видимо, сказалась орочья кровь. Она даже попыталась скопировать движения Мервина, но увы, у неё это получилось ещё хуже, чем у увальня Химо. Тот по природе своей был к этому неспособен, но сказалось то, что он всю жизнь прожил среди орков.

Казалось, вся четвёрка просто неутомима, но когда Маухур скомандовал привал, все рухнули наземь, пытаясь отдышаться. Отдышались, впрочем, быстро, чего нельзя было сказать о городских. Особенно страдал Себастьян. Все мышцы ныли, словно его часа три непрерывно дубасили палками. У него не было даже сил доползти до ручья, протекавшего в пяти шагах от него.

Уже пришедший в норму Шалгарн посмотрел на страдальца и потянулся было к заветной фляге, но Маухур это движение заметил и решительно заявил:

— Нет.

— Это почему? — протянул Шалгарн обиженным голосом, — Я ж так, чтобы силы прибавились, а то он до утра не встанет.

— Не стоит. Сам можешь дуть, что тебе станется, а он к такому непривычный. И сил у него от этого скорее убавится.

Шалгарн глубоко вздохнул, сделал из фляги глоток и убрал её обратно за пазуху.

Следующие четыре дня стали для городских сущим адом. Орки даже не думали снижать темп. Пару раз Моргана едва не рухнула лицом вниз, но тогда Маухур и Мервин брали её под руки, не давая упасть. Себастьян вообще проделал большую часть пути, цепляясь за металлический наплечник доспеха Шалгарна. На четвёртый день они вымотались так, что даже не сумели удивиться как следует — им было просто всё равно.

А повод для удивления был. Они за четыре дня проделали путь до Тихих Вод, который обычными путниками преодолевался самое меньшее за неделю. Будь в этот момент Себастьян в состоянии нормально соображать, он бы ужаснулся. Ни Маухур, ни Шалгарн, ни даже полукровка Мервин не падали замертво от запредельной усталости, и даже ухитрялись тащить на себе и его, и Моргану. Если так могут два орка, полуорк и огр, то так смогут и остальные воины-степняки. Случись чего, и орочья орда промчится через всё Королевство, обгоняя и гонцов, и даже молву о себе.

Орки тем временем сняли комнату в местной таверне, куда и потащили своих многострадальных попутчиков. Комнатушка, правда, была так себе. Обшарпанные стены, покосившийся шкафчик и всего лишь две кровати, на которые страдальцев и сгрузили. Шалгарн бросил быстрый взгляд на Маухура, тот кивнул и здоровенный орк полез за своей заветной фляжкой. Выдернув пробку, он поднёс горлышко фляги к губам Себастьяна.

— Глотни, полегчает!

Человек сделал неуверенный глоток… После чего широко распахнул глаза, издал нечленораздельный вопль и пулей кинулся к сумкам.

— А ты говорил, сил не прибавит, — кивнул Шалгарн на стрелка.

— Ты дальше смотри, — посоветовал товарищу Маухур.

Себастьян тем временем отыскал среди сумок свою собственную флягу — с чистой родниковой водой, и принялся жадно пить. Вылакав всю флягу до дна, он пошатываясь добрёл до кровати, на которую и рухнул, как подрубленное дерево. Почти тут же послышался храп.

— Мне спецэффектов не надо, — буркнула Моргана, повернулась на другой бок и тоже заснула.

А орки… А что орки? По всем законам жанра им бы пойти сейчас в кабак и всё там переломать, да только где жанр, а где жизнь. Они всё-таки чертовски устали, да и в сон их что-то клонит. На этом их и оставим. До утра.

Глава 7

Завтрак представлял собой нечто невообразимое из какой-то крупы вперемешку с тушёными овощами. Сразу понятно, что трактирщику очень уж не понравились такие клиенты. И комната не бог весть, и завтрак так себе. Впрочем, где орков любят? Спасибо хоть, обошлись без прямого хамства.

Тем временем дверь таверны скрипнула и внутрь вошла весьма и весьма странная компания. Первым в глаза бросался полуогр. Роста он был даже для своего племени весьма впечатляющего, размахом плеч лишь незначительно уступал Химо, но при этом лицо его было отмечено печатью крайнего добродушия и беззаветной любви к спиртному. Выделялся и второй, человек лет сорока. Судя по белоснежной мантии, он был священником, но при этом на поясе его висел полуторный меч. Третьим был низкорослый дварф, рядом с которым весело семенила здоровенная псина. Четвёртым был молодой парень с дурацкой бородкой, о чём-то говоривший с пятым, который… Который был самым настоящим эльфом. Вот уж действительно, интересная подобралась компания…

— Фу-у… Д'рен, может поищем другую таверну?

— Данте, а что тебе здесь не нравится? — поинтересовался эльф у своего спутника.

— Таверна замечательная, только вон те зеленомордые…

Священник сказал это слишком громко. И слишком режуще для орочьего слуха.

Шалгарн резко вскочил и подошёл к обидчику:

— Следи за своим языком, тхарк (прим. авт. — по орочьи «человек»). А то его придётся слегка подрезать.

— Не испугаешься, клыкастый? — приглушённо сказал священник.

— Сам не испугайся. — Шалгарн тоже перешёл почти на шёпот, — Завтра в полдень, у пещеры к северу от города.

К ним подскочил перепуганный трактирщик:

— Господа, немедленно разойдитесь! Только не в моём заведении!

Священник улыбнулся, положил кабатчику руку на плечо и проникновенно сообщил:

— Не извольте беспокоиться, мы с господином орком уже пришли к общему мнению, так что Вашему заведению абсолютно ничто не угрожает.

Сказал — и подмигнул орку. Шалгарн кивнул.

Вряд ли священник мог быть сильным противником, хотя меч на его поясе не казался чем-то чужеродным, как это бывает у многих служителей человеческих культов. Этот безусловно что-то умел. Что-же, будет чуть-чуть интереснее.

Делать было решительно нечего. Пару раз Шалгарн даже подумывал о том, чтобы подойти к священнику и предложить провести дуэль прямо сейчас. Но он гнал от себя подобные мысли — слово орка-воина, однажды произнесённое, должно всегда оставаться неизменным.

Каждый народ Арканум использовал свободное время по своему. Эльф взялся бы за лютню, человек — за газету, дварф — за кузнечный молот. Гном лишний раз пересчитает деньги. Хоббит… Не-е, этот точно не заскучает. Обязательно во что-нибудь вляпается. Шалгарн, верный заветам предков, даже не потянулся к лютне, газете, или молоту, несмотря на то, что их у него и не было. А потянулся он к кружке. Пиво здесь было намного вкуснее, чем в Бойле, к тому же к нему подавали копчёные свиные рёбрышки. Потому Шалгарн слегка увлёкся. И принялся отхлёбывать из своей любимой фляжки. Вскоре гремучая смесь дала о себе знать, а её он употребил ох как немало. Мир перед глазами степняка поплыл, люди и предметы начали двоиться. Шалгарн в очередной раз поднял тяжёлую кружку, наполненную восхитительным тёмным пивом, чтобы сделать порядочный глоток, но не сумел удержать кружку ровно и…

— А-а-а! Да чтобы тебя Глубинный Ужас пожрал, орочья морда!

— Ну-у-у… ИК! — ответил Шалгарн, — Эта… Дварф, не кипи… кипю… не кипятись! Вот. Ну, подумаешь, ИК!, пивом облили, ну, с кем не бывает!..

— Что?!!! — лицо дварфа стало почти багровым, — Клянусь Альберихом, я тебя выпотрошу, пьянь!

— ИК! — сказал Шалгарн и перешёл на шёпот, — Завтра, в полдень. Около пещеры на север от города…

Когда дварф ушёл, к Шалгарну подсел Маухур.

— Старина, а тебе не хватит?

— Мне?.. ИК! Мне хорошо-о-о…

— Вижу. Дуй-ка ты на улицу, освежись. Рожу снежком потри.

Шалгарн собрался было спорить, ему и здесь было вполне нормально, но он неожиданно вспомнил, что Маухур — главный, а слушаться главных — долг орка-воина. И пошёл.

На улице было темно, хоть глаз коли. Степняк на ощупь нашёл стенку и пошёл, опираясь на неё рукой. Дойдя до угла, он неожиданно обнаружил исчезновение опоры и, крепко выругавшись, рухнул. Головой он упал на что-то, подозрительно напоминающее кожаную броню. Даже успел удивиться — какой же дурак её выкинул, когда броня приподнялась на локтях и произнесла пьянющим огровским басом:

— Арргх!!! Ты что, (ИК!), обалдел, дружог?..

— А-А-А!!! — ответил Шалгарн, — Броня говорящая!!!

— Сам ты (ИК!) броня! Йа креведко!!! — эту шутку Сог, а это был именно он, слышал от Живущего. Её смысла он всё равно не понимал, поэтому употреблял её иногда не к месту. Но само звучание ему нравилось. Кажется, на подобном сленге болтала «золотая молодёжь» Таранта и Каладона, а Живущий ведь тоже аристократ, и, по эльфийским меркам, весьма молод.

— Ах ты (ИК!) зараза огровская!!! — заорал Шалгарн, — Ты тут какого лешего разлёгся?!

Нет, как огр здесь оказался, он отлично понял. Примерно также, как он сам.

— Хочу (ИК!) — и лежу, дружог-орчег!..

— Тарантский эльф тебе дружог!!! — огрызнулся степняк.

— Ага! — согласился Согг, — Тока он (ИК!) не тарантский. Он… эта… лесной…

— Ты что, (ИК!) дурак?..

— Я — (ИК!) не дураг! Я тибя бить буду!

— Тогда (ИК!), завтра, в полдень…

Обратно в таверну Шалгарн зашёл весь мокрый.

— У-у, — только и сказал Маухур, — На улице дождь, или ветер?

— На ул-лице… ИК!.. снег… Во! — ответил орк и рухнул на дощатый пол, захрапев ещё в полёте.

Шалгарн стоял около той самой пещеры на севере города. Меч он воткнул в мёрзлую землю и опёрся на него обеими руками. Снег валил хлопьями, оставаясь на плечах и голове орка, привычного скорее к степной духоте, чем к снегопадам предгорий. Однако, снег приятно холодил его похмельную голову, поэтому он даже не пытался его стряхнуть.

Первым пришёл священник. В своей белой мантии, идущий сквозь снегопад, он казался призраком.

— Я пришёл, орк. Начнём?

Шалгарн промолчал. Он только распрямился, тряхнул головой, стряхивая снег. Поморщился — и выдернул меч из земли. Священник понял этот жест правильно и потянул свой меч из ножен.

Неожиданно, справа и слева раздались два голоса. Практически одновременно.

— Я пришёл, орочья зараза!

— Сейчас (ИК!) я кого-то буду бить!!!

Глаза священника полезли на лоб:

— Согг?! Магнус?! Вы что здесь делаете?!

— Я дерусь с этим орком! — ответил дварф.

— Эта… Я тоже. — добавил огр.

— Ого, — только и произнёс Данте, — Интересный поворот событий… И почему же вы с ним дерётесь, друзья мои?..

— Он не уважает дварфийский народ! — запальчиво выкрикнул Магнус.

— Я его пивом облил. — буркнул Шалгарн. Дварф ненавидяще уставился на него.

— А я дерусь… Эта… Патамучта я дерусь! Вот.

— Здесь без комментариев, — кивнул Шалгарн, — Точнее не скажешь. Ну что, начнём, пожалуй?

Орк встал в оборонительную стойку, из которой удобно, парировав удар противника, нанести свой, колющий.

— Э, нет, подожди. Нас трое, ты один. Кто-то рисует остаться без сатисфакции.

— Чего?!!! — в один голос отреагировали Согг и Шалгарн.

— Ну-у-у… — священник смутился, — Без удовлетворения.

— Эй, святоша! — возмутился Шалгарн, — При чём здесь это?! Я тебе не этот… Как его… Не передаст! И вообще, кончай болтать! Биться давай!

В этот момент раздался крик:

Шакар!

К пещере выбежали Маухур, Мервин и Химо. Чуть в стороне угадывались силуэты Себастьяна и Морганы.

— Шалгарн, всё в порядке?

— Да, всё замечательно! — раздражённо ответил Шалгарн, — У меня здесь поединок, и тут появляетесь вы! Всё просто чудесно!

— Поединок?! Дружище, их же трое!

— Без тебя знаю! Я их всех вызвал.

— А ну, стоять, орки! Живо у меня стрелу поймаете!

— Гав!

Все повернулись на новый голос. Он принадлежал темноволосому эльфу с луком в руках. У его ног скалила зубы здоровенная псина, за спиной стоял человек в мантии, опирающийся на посох.

Глава 8

Себастьян поднял ружьё:

— Не спеши, эльф.

— Задери меня Шакар, второй раз за неделю, — проворчал Мервин.

— Ага, — хохотнул Маухур, — только этого полуэльфа бешеного не хватает.

— Это вы о чём? — недоверчиво поинтересовался Магнус.

Никто ему не ответил. Ему и самому стало неожиданно не да своего вопроса. Из пещеры доносились непонятные звуки. Все замерли и обратились в слух. Звуки раздавались всё громче, всё отчётливее, и…

— Тьфу, перемать! — выразил общее мнение Шалгарн.

Из пещеры выскочил симпатяга-кролик с густым, отливающем синевой, пушком. Он деловито посмотрел на одних… Потом на других… Особенно внимательно кролик изучал собаку. Посмотрел, поизучал… И поскакал по своим кроличьим делам, провожаемый двенадцатью парами глаз.

— Страшная зверюга, — пошутил эльф, но неожиданно смех застрял у него в горле. Из пещеры выходила здоровенная образина с огромной пастью, длинными когтями и некоторым подобием небольших рогов на голове.

Себастьян, Мервин и эльф не сговариваясь выстрелили. Чудовище, дёрнулось, взвыло — и кинулось вперёд.

Стойка Шалгарна была удобна для отражения атаки мечника, но она никуда не годилась при атаке подобной твари. Поэтому, ничего умнее, чем просто выставить меч вперёд, он не придумал. Тварь зарычала, брызнула кровь — и меч вылетел из рук орка. Безоружному степняку осталось только откатиться назад, чтобы образина его не задела. Почти одновременно подскочили Согг и Химо, награждая тварь ударами секиры и молота. Тварь пошатнулась, взмахнула здоровыми лапами — и оба полуогра кубарем отлетели от монстра.

эльфийка

— Эй! — заорала Моргана.

Тварь не понимала, что кричит девушка-полуорк, она просто обернулась на звук. Потом замерла — и рухнула наземь, уже мёртвая.

— Ни фига себе! — Маухур присвистнул.

— А ты что думал? — ответила Моргана, выдёргивая свои клинки из глазниц монстра, — Это тебе не мечом махать.

— Век живи — век учись, — подвёл итог орк и обратился к эльфу, — Я думаю, претензий больше ни к кому не имеется?

— Не имеется, — в тон ответил эльф, — И, надеюсь, больше нам встречаться не придётся.

С этими словами эльф повернулся и зашагал к городу. За ним пошли и все его товарищи.

— Боюсь, что придётся. — тихо произнёс Маухур, глядя в спину уходящему эльфу.

— Это ты почему так решил? — поинтересовался Мервин, убирая револьвер в кобуру.

— Ты помнишь, в Таранте мы видели тамошних эльфов?

— Ну, помню.

— Понимаешь, не похож он на них. Те совсем хлюпики, этот же выглядит несколько помассивнее.

— Помассивнее? Да он же тощий, как жердь! Но, ты прав, после городских щепок он производит более благоприятное впечатление.

— Так эльф же. У него просто кости тоньше, вот и кажется невзрачным. Ты его лук видел?

— Лук, как лук. — пожал плечами полуорк, — Не заметил ничего особенного. Ну, довольно крупный лук.

— Вот-вот. Эльфийский длинный лук. Ты такой даже натянуть не сможешь.

— И что?

— Это лесной эльф. И он наверняка что-то знает. Надо бы за ним проследить.

Глава 9

Перевал Хардина с его монстрами остался далеко позади. Впрочем, какие это монстры, просто довольно агрессивные животные. Неприятно, конечно, но не страшно. В заброшенном городе дварфов клана Чёрного Камня отряду Живущего случилось столкнуться с лавовым големом. Вот это был монстр. С ним справились только стараниями покойного ныне Воллинджера. Ирония судьбы — могила карлика осталась посреди погибшего города дварфов. Это примерно как если бы в Кинтарре появился орочий мавзолей. Или как там орки хоронят своих мертвецов?

Д'рен вёл отряд по хорошо знакомому для него маршруту. Если повернуть здесь, то можно выйти к Фалькон Эйк, священному месту для всех эльфов, не исключая даже тёмных. В противоположную сторону будет усадьба клана Т'сераа. Сам Д'рен никогда там не был, но оттуда была Белян, его случайная попутчица, погибшая при крушении «Зефира». На что надеялся глава клана, отправляя в жестокий внешний мир хрупкую девушку? Клан Т'сераа всегда был слишком патриархален. И оракулу они доверяли даже тогда, когда это шло вразрез со здравым смыслом. Что-то случилось давным-давно, ещё в эпоху Легенд. Никто, кроме главы клана, не знал подробностей. А глава молчал. Те давние события сильно напугали его. И именно этим давним испугом и объяснялись все странности, присущие старшему из Т'сераа и всему его клану.

мерцающий лес

А прямо… Прямо тропа вела к усадьбе клана Лел'лор, где прошло детство Д'рена. Туда он и вёл свой отряд. Его спутники, кроме, пожалуй, пса, настороженно озирались по сторонам. Да, эльфийский лес — зрелище величественное, но для непривычного глаза — пугающее. Стволы деревьев такой толщины, что обхватить их смогут, пожалуй, только пятеро огров, взявшись за руки. Кроны едва угадывались далеко наверху. Для неэльфийского глаза они выглядели сплошной тёмной массой, лишь изредка пропускавшей солнечный свет.

Из-за дерева показался страж. Он было поднял лук, но тут же опустил его и поклонился, прижав руку к груди:

— Aya, ta'arhil D'ren!

Д'рен поклонился в ответ и повёл отряд дальше, через изящный резной мостик к настоящему лесному дворцу. На пороге которого стоял темноволосый эльф.

— D'ren, hil'lo meldo!

— Atare! — ответил Д'рен и побежал к отцу. Они расстались несколько месяцев назад. Немного, особенно для эльфа. Однако, Д'рен сильно изменился, превратившись из знатного шалопая в воина. Он уходил в щегольском костюме людского покроя, вернулся домой в кольчуге дварфийской работы. Но дело не только и не столько в этом. Чем-то неуловимо изменился насмешливый взгляд серых глаз, молодой эльф стал совсем иначе двигаться, иначе говорить.

— Отец, — Д'рен перешёл на всеобщий, чтобы не смущать спутников, — позволь представить моих друзей. Верджил, послушник Панарии. Согг Кружка Мёда. Данте, глава Кумбрийской церкви.

— Бывший, — поправил священник.

— Магнус, — продолжил Д'рен, но вдруг замялся и пристально поглядел на друга.

— Всё в порядке, — кивнул отец, — Я знаком с обычаями дварфов. Можешь не говорить.

— Вы отец моего друга, сэр, — не согласился дварф, — Магнус Шульфест к Вашим услугам.

— Я ценю Ваше доверие, Магнус, — ответил эльф, — Господа, давайте пройдём в дом! Не стоять же нам всё время на пороге.

В доме на Д'рена обрушился целый ураган внимания. А как же иначе? Наследник главы клана вернулся домой.

Некоторое время спустя отец увёл Д'рена и его спутников в свой кабинет. С ними пошла и мать. В кабинете отец расположился в своём любимом кресле и заговорил:

— Когда мы нашли твою записку, мы, сам понимаешь, не слишком обрадовались. Мы пытались тебя найти и даже проследили за тобой до «Зефира». Когда ты поднялся на борт, мы даже успокоились, решили, что от небольшой прогулки по людским столицам хуже тебе не станет. Но потом мы услышали о крушении. Скажи, сын, это не из-за твоей магии?

— Нет. На борту была и девушка из клана Т'сераа, намного более сведущая в магии. И даже она не причинила механизмам никакого вреда. Нас просто атаковали другие машины.

— И что же было дальше?

Д'рен рассказывал о том, что с ним приключилось, до позднего вечера. Рассказывал он во всех подробностях, опуская, естественно, сцены посещения кабаков и заведения Мадам Лил. Не то, чтобы отец не догадывался, он и сам в юности наверняка развлекался не меньше. Да что там, не меньше, Гэллейн Лел'лор был в своё время первым сорвиголовой на весь Мерцающий Лес. Конечно, потом он остепенился, завёл семью, унаследовал клан. Но у него остался всё тот же лукаво-насмешливый взгляд, который унаследовал и его сын.

— Значит, теперь тебе нужно в Кинтарру? — спросил старший Лел'лор, когда Д'рен закончил.

— Да, отец.

— Сомневаюсь, что Серебряная Госпожа причастна к исчезновению клана дварфов. Её народ никогда не жил в лесах Морбихана.

— Знаю. Но всё равно для меня не будет лишним поговорить с ней. Похоже, в движение пришли такие силы…

— Боюсь, те же самые силы, которые разделались со стариком Тервлингером.

— С тем самым человеческим учёным, который побывал в Кинтарре? Помню, как же. Мне тогда всего сто лет было. Даже видел его, когда мы ездили к Фалькон Эйку. Он тогда ни на шаг не отходил от Фаэллер'рин Мит'маэт. А ещё там были эльфы Т'сен Анга. Которые его, скорее всего, и убрали.

— Да, скорее всего. Или они, или их наймиты. А что ты планируешь делать после Кинтарры?

— Я пока не знаю. Возможно, придётся поближе познакомиться с тёмными. Вряд-ли тут обошлось без них.

— Тем самым ты суёшь голову в пасть дракона.

— Я только узнаю то, что мне надо, воевать в одиночку со всем Т'сен Ангом я не намерен.

— Тогда береги себя, сын.

В усадьбе отряд отдохнул около трёх дней. Конечно, Д'рен с величайшем удовольствием погостил бы у родителей подольше, но увы, надо было решать свои многочисленные проблемы.

Перед уходом отец отвёл Д'рена в оружейню.

— Случиться может всякое, — пояснил он, — Так что, лучше быть готовым ко всему. Вибирай, что тебе больше понравится.

Молодой эльф оглядел многочисленные стойки с мечами, копьями, луками, полки с разнообразными доспехами и развешанные по стенам щиты. Свой доспех имело смысл сменить. Как бы ни была хороша кольчуга дварфийской ковки, для эльфа всегда будет лучшим именно эльфийский доспех. Что ещё? Луком своим Д'рен был вполне доволен. Из него, конечно, не выпустишь пять стрел за секунду, как из более популярного эльфийского охотничьего, зато мощь… Вот что действительно нужно, так это хороший меч. Не всегда представляется возможным обойтись только луком.

Внимание эльфа привлёк меч с простой деревянной рукояткой и без гарды. Таких его сородичи никогда не делали. Это был небольшой, всего два с половиной фута, клинок, чуть выше середины наклонённый вперёд и заточенный с внутренней стороны.

— Ятаган орков, — прокомментировал отец, — или, как они его сами называли, кхукхри. Носился в паре с вот этим.

Гэллэйн Лел'лор снял с полки кинжал — уменьшенную копию ятагана.

— Никогда не видел у орков ничего подобного. Да и работа слишком качественная для их кузнецов.

— Орки не всегда были степными дикарями, сын. Сейчас они — лишь тень от орков древности. Эти клинки твой дед принёс с войны. Как трофей.

Д'рен подержал клинки в руках — весьма тяжёлые для своих размеров — и положил на место. Если уж от дварфийской кольчуги отказался, то орочий меч брать и подавно не с руки. Вместо этого он взял другой клинок. Двуручный — щиты Д'рен не любил. С округлым щитком — гардой и длинным, несколько искривлённым, лезвием. В общем, настоящий эльфийский kaitan'no (эльф. «Клинок Кайтан»), или, как это произносят люди, катана.

Неожиданно снаружи запел рог и засвистели стрелы. Усадьба Лел'лор была атакована!

— Тёмные, — по звуку рога безошибочно определил отец, — И что им здесь нужно, в глубине Светлых земель?!

— Боюсь, им нужен я. 

— Вот так я им тебя и отдал!

Старший Лел'лор быстро влез в первый попавшийся доспех и извлёк из стойки любимую алебарду-naughi'natta (эльф. «малое копьё»).

Глава 10

Атака усадьбы была верхом наглости, однако, именно на это, видимо, и рассчитывали тёмные. Никто не ждал нападения, поэтому они быстро прорвались в дом. Слава Кайтан, потом дружина Лел'лоров всё же сориентировалась и не пустила врагов на женскую половину усадьбы. Впрочем, тёмным это было и не нужно — их целью был только Живущий. А он носился по всей усадьбе с мечом наперевес.

Снова натужно взвыл рог — на этот раз, в северном крыле дома. Явно не тот же самый — голос этого был значительно ниже, чем-то сходный с рычанием матёрого волка.

Маухур ещё раз дунул в рог и повесил его обратно на пояс. Всё, пора уходить. Сигнал относился в первую очередь к Моргане — именно как сигнал отхода, а также к Шалгарну и Химо — эти должны были выдвинуться вперёд, чтобы прикрыть разведчиков. Мервин и Баст (орки повадились называть Себастьяна именно так, а он не возражал) и так с самого начала держали на прицеле многочисленные окна.

Сзади послышался окрик на непонятном певучем языке. Шакар задери! Звук рога всё-таки привлёк ненужное внимание. Маухур резко обернулся, выставив вперёд щит. Эльфы. Двое. Причём, судя по гравировке на кованых нагрудниках, не из тех, что охраняли усадьбу. Естественно, Маухур и понятия не имел, что эти загогулины означают, но плохой зрительной памятью он никогда не страдал.

Накинулись сразу оба. Удар одного орк принял на щит, клинок второго попытался отпарировать мечом. Эльф как-то хитро рубанул скимитаром и клинок Маухура вылетел из эфеса. Ну, кузнец, ну, зараза! Втюхал всё-таки второй сорт! Орк наградил эльфа ребром щита по нагрудной пластине и рванулся к ближайшей двери, вышибая её плечом и вкатываясь внутрь. О, как удачно! Эльфячья оружейня!

Орки

В дверном проёме показался один из эльфов. Маухур не глядя схватил какой-то из ножей, взмахнул им, стряхивая ножны, и метнул в противника. Просто чтобы выиграть время на поиск нормального оружия. В полёте нож сильно закрутился и с противным скрежетом пробил доспех эльфа. Однако, замечательная сталь! Маухур ухватился за один из мечей, выглядевший наименее эльфийским, и освободил его от ножен тем же приёмом, что и нож. Меч оказался несколько коротковат, зато отлично сбалансирован, да и выглядел угрожающе. В оружейню вошёл второй эльф. Целый и невредимый, только гравировка на нагруднике слегка повреждена. Маухур рванулся вперёд, как стрела, спущенная с тетивы, и столкнулся с эльфом щит в щит. Тощего долгожителя кубарем вынесло из тесной комнаты. Тут уж как не крути, а орк потяжелее будет. Маухур вышел следом и, пока эльф поднимался на ноги, изготовился к бою. Ноги — чуть полусогнуты, щит выставлен вперёд, рука, держащая меч, чуть сзади, клинок смотрит в пол. Эльф замахнулся скимитаром и кинулся на орка. Движения стремительны, но точно выверены, щит всё время неподвижен. Даже на бегу защита эльфа выглядит непроницаемой — признак Мастера. Маухур повёл щитом вперёд, в то же время разворачивая его ребром, так, чтобы кромка ударила по эфесу эльфийского меча. Скимитар отнесло в сторону, но эльф всё-таки удержал оружие в руке. Орк тем временем распрямился, резко, словно тугая пружина, и с размаха срубил угол вовремя подставленного эльфом щита. Бой превратился в избиение. Маухур раз за разом кромсал щит противника, того от каждого удара шатало и он отступал назад. Но многострадальный щит каждый раз всё-же успевал подставлять. В какой-то момент голова орка показалась эльфу незащищённой и он резко махнул скимитаром, целя в глаз. Маухур пригнулся, прикрывшись сверху щитом, потом вновь распрямился, добавляя силы удару, и рубанул эльфа по шее. Брызнула кровь и голова эльфа покатилась по полу. Маухур стряхнул с меча кровь, выдернул нож из груди второго эльфа, и пошёл обратно в оружейню — за ножнами. Выручившее его оружие он решил забрать с собой.

Остальные были уже в сборе — ждали только его.

— Опаздываем, кольцевой! — ехидно заметил Шалгарн, — Ты что там, искал себе железки на память? Как вижу, нашёл.

— Мне бы заодно какую-нибудь колотушку прихватил, — поддержал нахала Химо.

— На твою лапищу там ничего не было. Да и куда тебе третью? В чём ты её держать будешь?

— Не скажи. Запас ношу не тянет.

— С твоей тягой швыряться тяжёлыми предметами, — проявила злопамятность Моргана, — тебе этого запаса пудов семь понадобится. А столько даже ты не поднимешь. Ладно, хватит болтать. Уходить отсюда надо, да побыстрее.

Полуогр хотел было обидеться — случалось ему поднимать и восемь пудов. Правда, невысоко и ненадолго. Но кое в чём Моргана была права. Надо было срочно уходить. А скрытно перемещаться и одновременно спорить с кем-либо во всю мощь луженой глотки — понятия несовместимые.

С некоторыми усилиями, тёмных удалось перебить. Причём, малой кровью. Были легко ранены Данте и Магнус, погибли шесть эльфов из дружины — и всё. Смущало другое. В доме, возле оружейни, нашли два трупа тёмных, один из которых был обезглавлен. Из оружейни при этом пропал орочий ятаган и прилагающийся к нему нож. Ещё одного «лишнего» мертвеца нашли на лестнице. У этого было перерезано горло. И ещё семь — ближе к околице. На троих доспехи изрублены, на четверых — расколоты, как от ударов булавой или молотом. Враги были убиты каким-то третьим отрядом, побывавшем в усадьбе. И Д'рен даже начинал догадываться, что это за отряд.

Глава 11

эльфы

— Здравствуй, путник. Мы всегда рады видеть своих родичей.

Живущий заинтересовано прищурился. Лицо эльфа показалось ему знакомым.

— Нельо! Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть!

Эльф-стражник удивлённо уставился на своего визави, пытаясь вспомнить, где же он видел это молодое лицо с весёлыми и чуть лукавыми глазами. Лукавыми? Может, даже несколько ехидными, насмешливыми. Точно! Кто там был главным весельчаком в детстве?

— Д’рен? Это ты? Великая Кайтан, сколько же я тебя уже не видел!

Эльфы, друзья детства, обнялись.

— А ты изменился! С виду — ну прямо богатырь эпохи Легенд! Даже не помню, когда тебя последний раз при мече видел. Вот с книжкой — это сколько угодно… Клянусь водами Фалькон Эйка, как же я рад тебя видеть!

— А я-то как рад! — с улыбкой ответил Живущий, — Вижу, ты выбился в стражи Кинтарры? Поздравляю!.. Ой, господин страж, а ничего, что к я Вам на «ты»?

— Да ладно, не кривляйся! Скажи лучше, какими судьбами в Кинтарру?

Живущий вздохнул.

— Не поверишь, вляпался в историю.

— Почему же! — захохотал Нельо, — Вот в это я как раз легко верю! И что?

— Надо с Серебряной Госпожой поговорить.

— Даже так? Ты, надеюсь, не думаешь, что этой аудиенции будет легко добиться?

— Не думаю. Но добиться надо.

— Ну, ладно, — страж похлопал друга по плечу, — Вечером забегай в караулку, поговорим, юность вспомним. А теперь извини, служба. Сам понимаешь, я всё-таки на посту.

— Понимаю. Тогда, до вечера! Зайду обязательно.

Эльф начал подниматься по лестнице, вырезанной прямо в толще исполинского ясеня, и вскоре скрылся.

— Ну что, кольцевой? Наберёмся наглости и потребуем у вождя награды? Кинтарру-то, эту мы нашли.

— Не всё так просто, — не отрывая взгляда от стражей, ответил Маухур, — Помнишь, что в усадьбе творилось? Эльфы эльфов резали.

— И какое нам до этого дело?

— А то, что эльфы, оказывается, разными бывают.

— И что? Нам-то какая разница? Эльфы — они и есть эльфы.

— Ты меня не понял. Поясню. Допустим, напали мы на эльфов и раскатали их в коровью лепёшку. А эльфов собрались с силами, пошли — и всех уродов из Кри вырезали. Всё равно ведь орки. И что ты в таком случае делать будешь?

— Э-э-э… — Шалгарн задумался, — Наверное, радоваться. И у эльфов рожа битая, и у скотов из Кри. Одним ударом, так сказать, двух зайцев.

— Вот видишь. А допустим, раскатаем мы Кинтарру эту. А на самом деле тут другие эльфы виноваты. И будут они радоваться — и у нас, и у кинтаррских рожи битые, а у них целые. Оно нам надо?

Шалгарн помолчал, задумавшись. Потом ответил.

— Задери тебя Шакар, кольцевой. Вечно всё испортишь. Я уж было обрадовался.

— Ничего. Зато потом веселее будет. Когда город вторых этих найдём.

эльфы

— Ринни, ну ты же меня с детства знаешь! Я что тебе, шпион Тёмных? Я же так, пару вопросов задать.

Эльфийка глубоко вздохнула. Великая Кайтан, до чего же бесшабашный парень!

— Д’рен, ты же не младенец и не наивный хоббит. Ты должен знать, что такой дар, как у мамы, не проявляется по заказу.

— Да мне же просто поговорить надо! Без предсказаний.

— Да ну? Судя по тому, что ты мне рассказал, здесь без предсказаний не обойдёшься.

— Ладно. Сколько, говоришь, ждать надо?

— Дня два-три. Около того.

— И что я всё это время буду делать?

— Не знаю. Хочешь, на эти три дня освобожу Нельо от дежурств? Пообщаетесь, отдохнёте.

— И чтобы он на утро четвёртого дня заступил на пост с похмельным синдромом?

Райвен рассмеялась:

— Действительно, о чём это я! Вы же тихо отдыхать не умеете. Ну, ладно. Что-нибудь, надеюсь, придумаешь. Помочь в этом я тебе мало чем могу, проблем полно.

— Проблем? Может, помочь где могу?

— Не знаю, не знаю… — Фаэллер’рин задумалась, — Есть одно дело. Возле Фалькон Эйка лесорубы завелись. Прогнать бы их, да святое место, драться там нельзя. У тебя же, вроде, язык всегда хорошо подвешен был. Может, сходишь, поговоришь с ними?

Глава 12

'эльфы

Место было действительно красивым. Мервин раньше никогда не видел ничего подобного. Небольшая лужайка посреди леса, солнечные лучи, пробивающиеся сквозь кроны вековых деревьев, из-за чего всё вокруг приобретает зеленоватый, цвета молодой листвы, оттенок. Красота…

— Эй! Тебе чего здесь надо?!

Пропитый и прокуренный голос принадлежал небритому мужчине в тёмно-синей шерстяной куртке. Рядом с ним стояли четверо деятелей, весьма на него похожих, только помассивнее.

— Просто гуляю, никого не трогаю, никому не мешаю. А ты вообще кто таков?

— Я — топограф, друг мой. А эти ребята — лесорубы. Акции на эту землю приобрёл наш босс в Таранте. Так что вали-ка ты отсюда подобру-поздорову. Откуда нам знать, может ты здесь тоже лес рубишь. Наш лес, между прочим.

Даже будучи наполовину человеком, Мервин не понимал всей этой лихорадки, охватившей людей в последнее время с подачи карликов. Ну, те-то понятно, у них мозг круглые сутки только доходы-расходы считает. Но теперь и люди вовсю делили земли, им не принадлежащие, обменивались какими-то непонятными «банковскими активами», и занимались, с точки зрения Мервина, сущей ерундой. Сейчас наглость топографа его даже рассмешила:

— Ваш лес? Знаете, мужики, тут рядом местечко есть, Кинтарра называется. Могу дорогу подсказать. Так вот, вы туда сходите и скажите это местным. Пусть они повеселятся.

Топограф вытянул из ножен меч. Лесорубы похватали топоры.

— Иди отсюда, умник, да побыстрее, пока мы не разозлились.

Мервин усмехнулся и вальяжной походкой пошёл прочь. Хотите поиграться? Да на здоровье! Отойдя от негостеприимных дровосеков примерно на тридцать шагов, полуорк резко согнулся в пояснице и, двигая филейной частью, начал горланить:

В лесу раздавался топор дровосека,

Им дровосек отгонял гомосека.

Часу на втором подустал дровосек,

Тогда на него залез гомосек!

Пропев этот весьма пошловатый куплет, Мервин рванул вперёд со скоростью зайца, почуявшего за спиной свору гончих псов. Топограф и лесорубы нецензурно взревели и кинулись в погоню, движимые целью разорвать наглеца на максимальное количество частей. Мервин на бегу извлёк револьвер из кобуры и, не снижая скорости, развернулся в сторону супостатов, готовясь открыть огонь. Зря он это сделал — по закону подлости нога зацепилась за какой-то корешок и полуорк рухнул во весь рост, выронив оружие. Топограф проорал что-то торжествующее и с разбега попытался пригвоздить полуорка к земле. Мервин увернулся, но меч всё же слегка полоснул по руке, оставив весьма неприятную царапину.

И вот тут началось непонятное. Загорелая физиономия топографа побледнела до зелени, после чего тот рухнул, как подкошенный, рядом с Мервином. Перенервничал, что ли?

Полуорк вскочил на ноги, присел, пропуская топор над головой — и тут же упал, получив сапогом в лицо. Потекла кровь — кажется, нос разбит. Полуорк снова вскочил на ноги, выдёргивая из-за голенища сапога кинжал — и обнаружил ещё одного своего врага лежащим на земле без признаков жизни.

«Они что тут, все, как на подбор, сердечники?» — подумал Мервин.

— Демон! — в ужасе воскликнул один из лесорубов, — Это демон! Он выпил их души!

— Бежим отсюда! — согласился второй.

Третий оставшийся в живых ничего не сказал, только последовал совету второго. Вскоре о лесорубах-неудачниках напоминали только два бездыханных тела и палатка.

А дело тут, похоже, явно не в склонности покойников к сердечным приступам. Похоже, дело в этом самом месте. Видимо, здесь действует какая-то древняя магия.

— Ну, и где эти лесорубы?

— Не знаю, — пожал плечами Д'рен, — Вон там вроде-бы их палатка.

— А вон там — их трупы, — мрачно буркнул Данте.

Живущий подошёл к телам. Неестественная бледность, заострившиеся черты, ужас в широко распахнутых глазах. Всё ясно.

— Во имя Альбериха, что с ними произошло? — Магнус был удивлён и напуган, что с ним случалось не часто.

— Это магия Фалькон Эйка, — ответил Живущий, — Здесь нельзя проливать кровь. Наверное, эти придурки с кем-нибудь задрались.

— Не понял, — переспросил дварф, — То есть, один порез — и ты покойник?

— Нет, резать нельзя других. Если сам себя — то это не страшно. О! Смотри, живая иллюстрация идёт. Да убери ты секиру, балбес! Ты чем слушаешь?

К озерцу посреди поляны шёл, видимо, на водопой, здоровенный медведь. Эльф рванулся наперерез, перегородил хозяину леса дорогу и дурным голосом заорал:

— Преве-е-е-ед, медве-е-е-ед!!!

Медведь недовольно фыркнул и обошёл эльфа, не тронув. Д'рен повторно «поздоровался» с медведем и исполнил вокруг него какой-то дикарский танец. Ноль внимания.

— Как вы думаете, что бы со мной было за такие фокусы в любой другой части леса? — спросил эльф, прекратив кривляться.

— Был бы из тебя кусок эльфячьего фарша, — отреагировал Магнус, — Только откуда медведь знает, что здесь нельзя атаковать?

— Все животные превосходно ощущают магию, — вмешался Верджил на правах главного мага в отряде, — Медведь и понятия не имеет, почему нельзя загрызть, скажем, вот этого дварфа, но он чувствует, что добром эта затея не закончится.

— Но-но-но! — вскинулся Магнус, — Попытка загрызть этого дварфа плохо кончится в любом случае!

— Безусловно, — улыбнулся Д'рен, — Дварфийская сталь очень тяжело жуётся.

Глава 13

— Ну, и у кого какие результаты?

— Пару раз видел эльфов при оружии, которые шли явно мимо Кинтарры, — первым заговорил Шалгарн, — Если это те самые, то нам на север.

— И что, прямо так и шли, не таясь? — выразил скепсис Мервин.

— Трём десяткам панцирников прятаться весьма затруднительно, — отпарировал Шалгарн, — Ты лучше скажи, что ты накопал.

— Пожалуйста, — Мервин склонился над самодельной картой, — Видите это место, чуть западнее и южнее Кинтарры? Так вот, туда ходить настоятельно не рекомендую. Там какая-то магия, от неё на моих глазах загнулись два человека. Как эта магия работает — не знаю, но лучше туда лишний раз не заходить.

— Очень полезная информация, — ехидно заметил Маухур, — Баст, Моргана? У вас как?

— Нашли следы. Видимо, прошёл большой отряд, персон тридцать. Нашли чуть севернее Кинтарры. Похоже, это те самые, кого видел Шалгарн. А ты-то что нашёл?

— Даже не столько я, сколько Химо, — усмехнулся орк.

Полуогр как по команде извлёк пять медальонов с изображением какого-то глаза и какой-то руки.

Вождь покрутил в руках медальон и спросил:

— А что же в город не проникли?

— Просто не захотели рисковать, — пожал плечами Маухур, — Впрочем, есть мысль, что туда без проблем можно войти, показав медальоны.

— И чтобы ты — да не проверил?

— А вдруг такая штука может получиться только один раз? Уж лучше оставить этот вариант про запас.

— Резонно, — вождь кивнул, — Кстати, ты говорил, что к вам присоединились два человека. Однако, я видел только девушку-полуорка. Куда делся Себастьян?

— Баст задержался в Таранте. — ответил Маухур, — Дела у него там.

Старый орк укоризненно покачал головой:

— Опрометчиво.

— Ни в коем случае. Да, я до сих пор не знаю на кого он работает, но то, что он не связан с эльфами — точно.

Глава 14

Двери Джентельменского клуба Веллингтона распахнулись и внутрь вошёл молодой мужчина-человек, одетый в строгий чёрный костюм. Накрахмаленный воротник белой рубашки, расчёсанные на прямой пробор каштановые волосы и идеально начищенные и отлакированные ботинки делали его похожим на представителя старой тарантской знати — холодного благородного эстета. Несколько смазывала впечатление кобура револьвера на поясе, слегка прикрытая полами пиджака. Впрочем, даже эта деталь не слишком выбивалась из общей картины. Кобура была исполнена из чёрной замши высшего качества, а револьвер был в меру посеребрён. И вряд-ли орки, случись им сюда попасть (что само по себе маловероятно), вряд ли узнали бы в этом молодом аристократе Себастьяна. А это был именно он.

Его заметили. Мужчина лет сорока, стоявший у бильярдного стола, помахал ему рукой.

— Сэр Себастьян! Какая встреча! Признаться, я уже очень давно хотел вас видеть, но вы всё время где-то пропадали.

— Я тоже рад вас видеть, сэр Виллоусби, — сдержанно поздоровался тот, — Только я, как выходец из дворянства Эшбери, любому «сэру» предпочитаю «дона».

— Как скажете, дон Себастьян, как скажете! — Виллоусби заулыбался, — Спасибо, что вы меня просветили, а то я, признаться, не слишком сильно разбираюсь в таких премудростях.

О, да, новая волна дворянства, к которой и принадлежал политик и оратор Виллоусби, не слишком занимали условности этикета дворянства старого.

— Кстати, дон, как насчёт партии в бильярд?

— Не откажусь, — кивнул Себастьян.

Вилоусби сноровисто расставил «пирамиду».

— Вам разбивать, дон. О! Какой хороший удар! Кстати, не поделитесь новостями из Мерцающего леса?

Себастьян тщательно прицелился и загнал в лузу ещё один шар.

— С удовольствием. Мерцающий лес пока спокоен, но уверен, это затишье перед бурей.

— Вы действительно так считаете?

— Да. Юг ещё более-менее спокоен, но север просто кипит. Например, недавно атаковали усадьбу Второго Дома.

— Лел’лоров?! — Виллоусби широко распахнул глаза, — Тогда всё более чем серьёзно. Вы уже составили отчёт?

— Я уже передал его майору, — сказал Себастьян, не отрываясь от стола.

— Моро, — от волнения Виллоусби впервые назвал Себастьяна по фамилии, — вы хоть представляете, что нас всех может ждать, если это действительно зашевелился Т’сен Анг?

— Боюсь, что не представляю. Что-то мне подсказывает, что мы видим всего лишь верхушку айсберга. Кстати, партия, сэр! А теперь сожалею, но вынужден откланяться, служба.

Виллоусби недоверчиво поглядел на стол. Дон Себастьян Моро забил положенные для победы восемь шаров как-бы между делом, не отрываясь от беседы. И даже не дав противнику прикоснуться к кию.

«Всё-таки эти аристократы древних кровей во многом проявляют себя пижонами» — подумал Виллоусби и, подозвав официанта, заказал вина.

Продолжение следует… Может быть в следующей жизни (прим. редакции).

Добавить комментарий

Для комментирования материалов регистрация на сайте не нужна. Правила публикации: наличие здравого смысла. Спам удаляется, Email комментаторов не публикуется.